Отмена депортации - это средство защиты, заявляемое в иммиграционном суде, а не льгота, за которой обращаются в USCIS. Она существует в двух формах согласно разделу 240A INA. Одна, в 240A(a), позволяет постоянному резиденту с долгой историей проживания здесь сохранить грин-карту, несмотря на основание для депортации. Другая, в 240A(b)(1), позволяет лицу вообще без статуса стать постоянным резидентом на основании десяти лет присутствия и тяжёлых последствий, которые депортация причинила бы супругу, родителю или ребёнку, являющемуся гражданином или резидентом. Второй случай труднее и встречается чаще.
Версия для постоянных резидентов
Согласно 240A(a) иммиграционный судья может отменить депортацию недопустимого или подлежащего депортации иностранца, который был законным постоянным резидентом не менее пяти лет, непрерывно проживал в Соединённых Штатах семь лет после допуска в любом статусе и не был осуждён за тяжкое уголовное преступление (aggravated felony). Заявление подаётся по форме EOIR-42A. Семь лет могут начинаться со студенческой визы или туристического въезда; только пять лет должны быть в статусе резидента. Здесь нет элемента тяжёлых последствий и нет лимита. Вместо того и другого есть усмотрение, и Совет провёл 2025 и 2026 годы, объясняя судьям, как его осуществлять. В деле Matter of Mills, решённом 28 апреля 2026 года, он отменил одобрение постоянному резиденту, поскольку обширная криминальная история перевесила его положительные обстоятельства. В деле Matter of Richards недостаток откровенности об этой истории был признан существенным отрицательным фактором, а в деле Matter of Germain обвинения, так и не приведшие к осуждению, всё равно были учтены против ответчика.
Версия для лиц без статуса постоянного резидента
Согласно 240A(b)(1) заявитель должен показать десять лет непрерывного физического присутствия непосредственно перед подачей заявления, добропорядочность на протяжении этих лет, отсутствие судимости по INA 212(a)(2), 237(a)(2) или 237(a)(3) и то, что депортация «повлечёт исключительные и крайне необычные тяжёлые последствия» для супруга, родителя или ребёнка, являющегося гражданином США или постоянным резидентом. Собственный обзор EOIR добавляет пятый элемент: судья должен признать, что заявитель заслуживает этой защиты в порядке усмотрения. Заявление подаётся по форме EOIR-42B, и одобрение переводит заявителя в статус постоянного резидента.
Присутствие считается строго. Согласно 240A(d)(2) любая одна поездка продолжительностью более 90 дней или поездки общей продолжительностью более 180 дней прерывают его. Сама форма требует указать каждый адрес в США не менее чем за десять лет и полицейские справки из каждого места, где жил заявитель.
Третья форма, в 240A(b)(2), предназначена для подвергавшихся насилию супругов и детей граждан и резидентов: три года присутствия, добропорядочность и крайние трудности для заявителя, ребёнка или родителя. Она описана в материале Самостоятельные петиции VAWA и форма I-360.
Правило остановки срока
Десять лет, как и семь, не текут вечно. Согласно 240A(d)(1) период заканчивается, когда лицу вручено уведомление о явке по INA 239(a) или когда лицо совершает правонарушение, перечисленное в 212(a)(2), которое делает его недопустимым или подлежащим депортации. Правило не применяется к версии для подвергавшихся насилию супругов.
Годами правительство вручало уведомления с незаполненной датой слушания, и Верховный суд дважды сказал, что такие документы не останавливают отсчёт. В деле Pereira v. Sessions (2018) уведомление, в котором не указаны время или место, не является уведомлением о явке по 239(a), и правительство признало, что «почти 100 процентов» его уведомлений были такими. В деле Niz-Chavez v. Garland (2021) последующее уведомление о слушании не может это исправить: остановка срока запускается одним документом, содержащим всё. Лицо, которому дефектное уведомление было вручено на шестом году, может достичь десятого года, пока дело находится на рассмотрении.
Ответ Совета пришёл в двух решениях. Matter of Fernandes (2022) постановило, что требование о времени и месте - это правило обработки требований, а не юрисдикционное, что возражение своевременно, если заявлено до закрытия стадии заявлений сторон, что своевременно возразивший не обязан показывать ущерб и что судья может позволить DHS исправить уведомление вместо прекращения дела. Matter of Aguilar Hernandez (2024) закрыло самый удобный способ исправления: DHS не может восполнить отсутствующую дату подачей формы I-261. А в деле Matter of Chen (2023) Совет подтвердил, что окончательный приказ о депортации сам по себе не останавливает отсчёт.
Затем Верховный суд ограничил распространение доктрины на старые приказы, вынесенные заочно. В деле Campos-Chaves v. Garland, решённом 14 июня 2024 года, лицо, в отношении которого вынесен приказ о депортации за неявку на слушание, может добиться возобновления дела за отсутствием уведомления, только показав, что не получило ни первоначального уведомления, ни последующего уведомления о слушании для этого слушания. Если последующее уведомление пришло с датой, дефект в первом документе не возобновляет дело.
Последствие для отмены депортации процессуальное и неумолимое: возразите против дефектного уведомления до закрытия стадии заявлений сторон, иначе возражение утрачено.
Тяжёлые последствия
Стандарт не определён в законе и выстроен Советом. Matter of Monreal (2001) установило его: тяжёлые последствия, «существенно превосходящие те, которых обычно следовало бы ожидать от депортации иностранца», хотя не обязательно «недопустимые по совести», взвешенные по возрасту, здоровью и обстоятельствам квалифицируемых родственников. Более низкий уровень жизни или худшие школы за границей сами по себе недостаточны. Matter of Andazola (2002) применило его против незамужней матери детей-граждан шести и одиннадцати лет. Matter of Recinas (2002), решённое Советом в полном составе, применило его в пользу разведённой матери, которая была единственной опорой шестерых детей, четверо из которых граждане, без семьи в Мексике и без иного способа иммигрировать. Эти два дела отмечают границу, и она проходит ближе к Andazola.
Matter of J-J-G- (2020) добавило правило для медицинских требований: у родственника должно быть серьёзное заболевание, и, если родственник уедет вместе с заявителем, должно быть показано, что надлежащий уход недоступен в стране депортации, причём заявитель несёт бремя указать, уезжает родственник или остаётся.
Прецеденты Совета 2025 и 2026 годов идут дальше. Matter of Buri Mora (21 июля 2025 года): экономических потерь и разлуки недостаточно, когда дети остаются и их лечение продолжается. Matter of Arevalo-Vargas (16 марта 2026 года): дети, которым исполнился 21 год за годы, которые заняло дело, больше не являются квалифицируемыми родственниками. Matter of Pelagio Mendoza (3 апреля 2026 года): показания родителя о состоянии ребёнка, как правило, недостаточны там, где могли быть представлены медицинские записи или заключения экспертов. Matter of Lopez-Davila (16 июля 2026 года): решение родителя оставить ребёнка-гражданина без родительской заботы само по себе не создаёт тяжёлых последствий, и родительская забота не единственная, которая учитывается. А в деле Matter of L-L-R- отец, заплативший контрабандисту за перевоз собственного ребёнка через границу, был признан полностью лишённым добропорядочности.
Что сохранилось, так это судебный пересмотр. В деле Wilkinson v. Garland, решённом 19 марта 2024 года, Верховный суд постановил, что применение стандарта тяжёлых последствий к фактам - это смешанный вопрос права и факта, который апелляционный суд может пересматривать по 8 U.S.C. 1252(a)(2)(D). Третий округ называл его дискреционным и не подлежащим пересмотру; шесть судей проголосовали за отмену. Отказ теперь может быть обжалован в федеральном суде по вопросу о том, правильно ли судья применил Monreal, но не по вопросу о весе, приданном доказательствам.
Лимит
Конгресс разрешает не более 4 000 одобрений отмены депортации по 240A(b) и приостановления депортации в финансовом году. Согласно 8 CFR 1240.21, когда номера исчерпаны, «дальнейшие решения о предоставлении такой защиты должны быть отложены» до тех пор, пока номер не станет доступен в последующем году. Процедура установлена в OPPM 17-04, действующем с 4 января 2018 года: когда лимит близок, Главный иммиграционный судья предписывает судьям откладывать любое решение о предоставлении защиты; отказы выносятся сразу; дела задержанных решаются в течение всего года; на каждое завершённое дело ставится штамп «CoR Cap Date», который сопровождает его через апелляцию. Лицо, выигравшее на слушании, может поэтому получить лишь отметку о том, что решение отложено, и ждать следующего октября. Лимит не затрагивает 240A(a).
Сколько это стоит
H.R. 1 в 2025 году привязал законные сборы к обеим формам, и уведомление EOIR от 21 января 2026 года установило суммы на 2026 финансовый год. Вместе с регламентным сбором $100 EOIR-42A теперь стоит $710, а EOIR-42B - $1 640, с 1 февраля 2026 года, плюс $30 с человека за биометрию, уплачиваемые DHS. Инструкции к форме, пересмотренные в феврале 2025 года, по-прежнему указывают $100; на странице форм и сборов EOIR приведены актуальные цифры. С 23 февраля 2026 года суд не принимает чеки и денежные переводы; всё проходит через платёжный портал EOIR, изменение, внесённое в 8 CFR 1103.7 временным окончательным правилом от 11 июня. Корректировка на 2027 финансовый год, опубликованная 21 августа, доводит итоговые суммы до $730 и $1 690 с 1 октября 2026 года. Апелляция в Совет по форме EOIR-26 стоит $1 030 сейчас и $1 060 с октября. Подача без сбора или запроса об освобождении от сбора отклоняется.
Что делать
- Сначала установите отсчёт. Найдите дату вручения уведомления о явке и проверьте в нём время и место. Если их нет, возразите до закрытия стадии заявлений сторон и рассчитайте десять лет до даты надлежащего уведомления, если оно вообще когда-либо пришло.
- Подсчитайте дни за пределами страны относительно лимитов в 90 и 180 дней по штампам в паспорте и записям о поездках, прежде чем это сделает кто-то другой.
- Соберите досье о тяжёлых последствиях, которого теперь требует Совет: медицинские записи и заключения экспертов вместо показаний, школьные и психологические оценки, доказательства доступного и недоступного ухода за границей и решение, заявленное для протокола, уезжает каждый родственник или остаётся.
- Следите за возрастом. Ребёнок, которому исполнится 21 год до индивидуального слушания, - это требование, которое испаряется; отсрочка может оказаться фатальной.
- Заложите $1 640 плюс $30 с человека и оплатите через портал до подачи; квитанция прилагается к заявлению. Подайте до 1 октября, если дело готово.
- Сохраняйте правовой вопрос на каждой стадии. После Wilkinson вопрос о том, правильно ли судья применил стандарт, подлежит пересмотру в апелляционном суде; вопрос о том, правильно ли взвешены факты, - нет.
Десять лет присутствия покупают заявление. Всё после этого - доказательства, и Совет два года повышал их цену.